<>

СОЮЗ ПИСАТЕЛЕЙ РОССИИ

Оренбургская писательская организация

Михаил Кильдяшов

Чаша благодатного света

о повести Александра Проханова «Певец боевых колесниц»

Время — непрестанное моление о чаше. О чаше своей, своего поколения, своего народа, Отечества. Эта чаша снята с бытийных весов добра и зла. Воспалённые уста неизбежно должны сделать первый глоток, чтобы изведать "Есть ли у чаши дно? / Кровь ли в ней, иль вино?".

Во все эпохи неминуемую чашу прозревали святые, философы, поэты и писатели. Преподобный Андрей Рублёв изобразил её на богооткровенной иконе не только на трапезном столе, но и в контурах ангелов Ветхозаветной Троицы. Они объяли всё мироздание, претворили в чаше земное в небесное. Об этой чаше пророк русской литературы Лермонтов написал: "Мы пьём из чаши бытия / C закрытыми очами, / Златые омочив края / Cвоими же слезами". Чаша — живоносный источник, откуда Богородица изливает на всех алчущих и жаждущих спасительные струи. Томимый такой духовной жаждой, юный Павел Флоренский, рассекая ночную тьму, воскликнул: "Нельзя жить без Бога!" — и неотмирный свет просиял над Россией. Напоённый этим благодатным светом Александр Проханов увидел сон о чаше — и то был сон о Царствии Небесном.

Дивный сон о рае виделся писателю в разных романах, пробивался сквозь действительность, как бабочка сквозь кокон. Разрозненные предчувствия, туманные образы и яркие вспышки приоткрывали таинственную завесу русского рая. Он являлся в самообновившейся фреске старинного храма, в разбомбленном чеченском музее на картине неведомого художника, где люди сходились в смертельной битве на земле и в братских объятьях возносились на небо. Рай звучал в песне пращуров, возвращая к жизни утонувшего моряка. Рай открывался ополченцу, что, сражённый пулей, падал в лодку на берегу, и она превращалась в чёлн, плывущий среди облаков. Но чтобы русский рай предстал во всей полноте, нужно было увидеть сон о сне, возмечтать о мечте.

В новой книге "Певец боевых колесниц" Проханов отошёл от привычной романной формы и обратился к жанру повести, но не в современном её виде, а в изначальном, древнерусском, когда повесть становилась вестью о чём-то сокровенном, когда историческое время смыкалось со священным временем, когда автор ведал, где заканчивается царство земное и начинается Царствие Небесное.

Главным героем повести вновь стал разведчик Белосельцев. Утомлённый в боях и спецоперациях офицер теперь не спешит на далёкий континент, где новая горячая точка грозит породить сложную геометрию войны, не включается внутри страны в битву за красную державу, за имперскую мощь. Ему предстоит главное донесение, итоговый доклад Тому, Кто когда-то отправил его в дальние странствия в поисках смыслов. Разведчику Господа Бога пришло время оказаться у престола Его с зёрнами земных прозрений.

Но Белосельцев не умирает, а живым, подобно Еноху и Илии, переносится в Царство. Здесь сплетаются эпохи, познаются времена и сроки. Встречаются поэты золотого и серебряного веков, Алябьев и Хворостовский, первые русские мученики и герои блокадного Ленинграда, ратники всех земных войн России. Зоя Космодемьянская и Ольга Берггольц ведут за собой праведников в белых одеждах, генералиссимус исцеляет раненых бойцов.

Здесь последние стали первыми: граф смиренно служа и угождая, насыщает крестьян небесными яствами. Здесь наступило всеобщее примирение: жертва и палач сидят за одним столом. Здесь царит милосердие и всепрощение: сын отмаливает мать, когда-то убившую его в утробе, открывает ей райские врата. Здесь все заняты богоугодным делом: кто-то вышивает золотой нитью царские вензеля, кто-то из воздушной небесной кисеи строит прекрасные замки.

Но в этом благоденствии Белосельцев никак не может найти Бога. Разведчик встречает в Царстве своих близких, друзей и соратников, говорит им, что принёс Создателю зёрна земного опыта. Певец боевых колесниц рассказывает о мучительных эпизодах бесконечных войн, о человеческом хладнокровии и жестокосердии, о боли и несправедливости. Но все собеседники к этому равнодушны. Они просят Белосельцева поведать о его крещении, о том, как они с женой мечтали о первенце, о том, как перед смертью примирились два его друга, о том, как жена перед иконой Богородицы молилась за сыновей в октябре 1993-го.

И после опыта войны Белосельцев делится опытом мира: вспоминает трепетную любовь бабушки, долготерпение мамы, которая перенеся все тяготы своего века, однажды произнесла: "А всё-таки мы жили в великую эпоху". Вспоминает предсмертные слова жены, отходившей в мучениях: "Нам всем предстоит пройти этот путь".

И тут Белосельцев понимает, что "Дух дышит, где хочет", оттого и принимает облики близких людей. Это Создатель слушал его рассказ, залечивая раны войны снадобьями мира. Он, Вседержитель, удерживал мир, уравновешивая чашу страданий и чашу благоденствия. А главная миссия, которую Он возложил на Белосельцева, — прозреть небесное в земном, чтобы у мира остались точки опоры.

И разведчик Господа Бога прозревал Небесный Иерусалим в Новом Иерусалиме под Москвой. Прозревал в колокольне напротив дома лествицу в небо. Слышал молитву "Отче Наш" в стихах русских поэтов. И всё ради того, чтобы постичь главное: "Нет России — есть чудо. Открой сердце, и чудо впустишь, а значит, впустишь Россию. А Россию впустишь, значит, и Царствие обретёшь. Глаза не открывай, глаз обманет. Сердце открой".

Зрячее сердце видит, что "Россия — подножие престола Господнего", а престол Вседержителя находится не в Царствии, а в Надцарствии, и, чтобы попасть туда, нужно обрести полноту земного бытия, для которой Белосельцеву не хватает одного очень важного фрагмента.

Бог возвращает певца боевых колесниц с последним заданием в самое сердце мира — на Ближний Восток. Туда, где сохранилось древнейшее изображение Пантократора: всевидящими очами взирает на мир иконописный лик, в руках кодекс — книга, хранящая всё знание о мире, о том, что было, есть и будет. Таким узрит Белосельцев Пантократора в Надцарствии.

Выполняя последнее задание в Сирии, Белосельцев попадает в плен. Ему вкалывают "сыворотку правды", но не ради того, чтобы выпытать ценные сведения, не ради того, чтобы раскрыть русского разведчика, а чтобы выведать тайну Царствия Небесного, а значит, тайну России. Белосельцев спасает от мучителей не разум, а сердце, где сокрыты русское чудо, русская мечта, русское время.

Белосельцев не выдаст сокровенной тайны врагу, и за это будет взят в Надцарствие. Вседержитель протянет ему чашу благодатного света, чтобы устами своего разведчика напитать Россию.

Ссылка на публикацию на сайте газеты "Завтра".

 
В разгар ноябрьских праздников, а именно 3-4 ноября, в Уфе состоялось Всероссийское совещание молодых литераторов Союза писателей России в рамках литературного фестиваля «КоРифеи». На совещание приехали несколько десятков молодых прозаиков, поэтов и драматургов, чьи работы предварительно прошли строгий конкурсный отбор. Оренбургская область была представлена в каждой из смен: Людмила Ковалева приняла участие в драматургии, Лина Логиновская (Ерофеева) – в поэзии, Елена Городецкая – в прозе. Волонтеры встречали и провожали до мест проведения всех мероприятий. За что им огромное спасибо. После концертной программы, на которой удалось послушать не только приветственные и напутственные слова мастеров и организаторов, но и народные башкирские инструменты и песни, а также увидеть народные башкирские танцы, все разошлись по секциям и сразу окунулись в обсуждение. Всего секций было пять: две прозаические, две поэтические и одна драматургическая.
Очень порадовало и приятно удивило то, что все всех прочитали и активно участвовали в разборе творчества товарищей по перу. Так что авторам не пришлось зачитывать свои произведения. В первый день практически на всех секциях удалось разобрать произведения участников, поэтому в первой половине второго дня осталось время немного погулять по городу.  Вторая половина дня началась с круглого стола, посвящённого проблемам молодой российской прозы, на котором выступали Игорь Савельев, Андрей Тимофеев, Евгения Декина и Яна Сафронова. Они не просто нарисовали перед собравшимися картину современного литературного
процесса, но и обсудили с ними дальнейшие перспективы развития. Далее слово передали активистам из регионов, после чего эстафету с энтузиазмом подхватила Светлана Чураева, одна из организаторов совещания, и поведала немало интересного о литературной жизни Уфы.
Вечер пронесся моментально: просмотр спектакля «Хорошо живем», оглашение итогов заседания и ужин в кафе национального Молодёжного театра имени Мустая Карима.
 
Одновременно с совещанием в рамках фестиваля прошло много встреч российских писателей с читателями: председатель Союза писателей России Николай Иванов выступил в Музее Боевой славы, Елена Крюкова – в БГПУ и Стерлитамаке, Нина Ягодинцева встретилась с работниками уфимских библиотек.
На следующий день после закрытия совещания некоторые из его участников ездили на экскурсию в Аскинскую ледяную пещеру, в которой находится реликтовый ледник возрастом в несколько миллионов лет. 
 
 

В оренбургском издательстве "Ямб" издана первая книга поэтессы, члена литературного объединения имени В.И. Даля Лины Логиновской, в который вошли яркие образцы гражданской и любовной лирики.

Лина Логиновская родилась 18 октября 1990 года в городе Харцызске Донецкой области. В июне 2013-го окончила Донецкий железнодорожный институт (факультет экономики) по специальности «менеджер-экономист». С июня 2012 года по июнь 2014-го работала оператором Пункта технического обслуживания вагонов. С апреля 2017 года работает выпускающим редактором телевидения в АО «ТВЦ «Планета». С 2018-го - член Оренбургского областного литературного объединения им. В.И. Даля под руководством Г.Ф. Хомутова. Принимала участие в литературном семинаре «Корифеи» в Уфе (2018 год). Автор сборника стихотворений «Тёмный час».

Поздравляем Лину с первой книгой стихотворений и желаем творческих успехов!

 

* * *
Тёмный час – он самый древний,
Он древней стихов и слов.
Это Бог когда-то принял
Тёмный час под свой покров.
Бог высокий и далёкий.
Что ему людская блажь?
Что ему людские склоки?
Час стихов – он верный страж
Наших душ в разбитой лодке.
Что останется от нас?
Тёмный час – он самый верный.
Вот стою я без прикрас –
Прочитай меня! Ты первый,
Кто со мною делит час.

14 ноября 2018г. в газете "Вечерний Оренбург" опубликована подборка стихотворений поэтессы, члена литературного объединения имени В.И. Даля Лины Логиновской.

Лина Логиновская родилась 18 октября 1990 года в городе Харцызске Донецкой области. В июне 2013-го окончила Донецкий железнодорожный институт (факультет экономики) по специальности «менеджер-экономист». С июня 2012 года по июнь 2014-го работала оператором Пункта технического обслуживания вагонов. С апреля 2017 года работает выпускающим редактором телевидения в АО «ТВЦ «Планета». С 2018-го - член Оренбургского областного литературного объединения им. В.И. Даля под руководством Г.Ф. Хомутова. Принимала участие в литературном семинаре «Корифеи» в Уфе (2018 год). Автор сборника стихотворений «Тёмный час».

Михаил Кильдяшов

Я зреть тебя хочу

пустоту, открывшуюся после гибели отца, Юрий Кузнецов заполнит стихами, сотворит в ней свой поэтический Космос, восстановит спасительную связь с отцом

У поэта обострённое чувство родства со всем миром: первая звезда на закатном небе, созревший в поле колос, дерево, уронившее последний лист – всё внятно поэту, всё с ним говорит. Неведомый пращур или ещё не рождённый правнук несут весть о прошлом и будущем. Гений минувшего века передаёт поэту очиненное перо, чтобы тот продолжил в своем веке поэму о русском рае.

Но самое драгоценное родство для поэта – родство с отцом. Оно превыше кровных уз, превыше родства по плоти. Рождение сына – это не просто явление новой жизни, это продолжение Божественного замысла мира. Потому расторжение этой связи подобно разъятию Бога и Слова. Отрыв сына от отца подобен отрыву материи от духа, когда омертвелая плоть оказывается глуха и безмолвна.

Такое расторжение пережил Юрий Кузнецов. Взрыв, убивший отца поэта во время войны, стал Вселенским взрывом. За два часа до него отцу снился младенец, пытался уберечь от рокового шага, молился детским чистым словом, чтобы всё в пространстве сместилось хотя бы на пядь и солдатский сапог разминулся со смертоносной миной. Но силы тьмы уже проложили в грядущем бою свою адскую траекторию, и рокового взрыва, за которым «наступит безотцовщина», было не избежать:

И Господь возлюбил непонятной любовью

Русь святую, политую божеской кровью.

Запах крови учуял противник любви

И на землю погнал легионы свои.

Взрыв изменит не только жизнь поэта, но и целое мироздание, сдвинет в нём всё с привычных мест. Пошатнутся милосердие и всепрощение, обретут новые оттенки цвета, иными смыслами наполнятся слова. Мир надо будет приводить в порядок, как дом, чудом уцелевший после бомбёжки.

Взрыв прорубит в бытии колодец до самой тьмы, и в воде его будут видны не отражённые звёзды, а глаза того, кто наслал на Россию легионы тьмы. Поэт не пустит мать к этому колодцу – там мёртвая вода. И нужно будет искать новые источники с живой водой. Путь к ним укажет слово.

Пустоту, открывшуюся после гибели отца, сын заполнит стихами, сотворит в ней свой поэтический Космос, восстановит спасительную связь с отцом. Он будет жить не только во времени, в прошлом, в воспоминаниях, но и в пространстве, будет видим и осязаем. «Я зреть тебя хочу» - скажет сын, и столб клубящегося дыма с далёкого поля брани дойдёт до родного дома, мгла рассеется, явит живого и невредимого отца:

Россия-мать, Россия-мать, —

Доныне сын твердит, —

Иди хозяина встречать,

Он под окном стоит.

Вдове с фронта пришлют гимнастёрку бойца, в которой он ходил в атаку. Гимнастёрка сохранит аромат последнего цветка, увиденного солдатом, последнего костра, разожжённого накануне боя. В голодном тылу сын будет есть такой же «дымный, колючий, прыщавый, сырой, рябой» хлеб, что и отец в окопе, и пригрезится, как разделённые «долгими вёрстами войны», они окажутся за одним столом.

«Где мой отец?» - станет вопрошать у всего мироздания поэт. И привидится ему, что после взрыва сместились не только земные, но и временные пласты, отец попал в чужую эпоху и теперь мучительно ищет путь домой. Поэт станет выкликать отца во всех столетиях. Докричится до Средневековья и античных греков, до ветхозаветных времён. Авраам зарыдает над Исааком. Дедал ослепнет, наблюдая за дерзновенным полётом Икара. Гамлет в мыслях о мести за отца увидит, как люди, перед которыми война поставила вопрос «быть или не быть?», «перешли бездну» и оказались на стороне жизни.

В поисках отца поэт обретёт Отечество. Неведомый свет – то ли солнце, то ли пламя взлетающей ракеты, то ли золотой щит, то ли нимб архангела - озарит Россию, все её века. Поэт ощутит с осиянной Родиной кровное родство. Эти узы, как путеводная нить, приведут к безымянной могиле отца и вытянут его тень из бездны, а вместе с ним четыреста теней однополчан. А вместе с ними ратников всех русских полей:

А в земле шевельнулись отцы,

Из могил поднялись мертвецы

По неполной причине ухода.

Дед за внуком, за сыном отец,

Ну а там обнажился конец,

Уходящий к началу народа.

А затем со дна озера Светлояр всплывёт град Китеж, что «из грядущего светит крестами». В этом грядущем поэт допишет поэму о русском рае, воплотит слово:

Скоро ли, долго ли шел я в цветущей долине,

Запахом скажет тот цвет, что примят и поныне.

Видел двенадцать апостолов издалека,

Словно из детства блистающие облака…

Огненный воин на облаке дыма возник,

Пику вонзил во врага и исчез в тот же миг…

На перекрёстках вечности отец и сын встретятся. Сын на целые десятилетия пережил отца. Сын сед и утомлён. Отец молод, как в миг перед взрывом. Воин протянет поэту ломоть насущного хлеба. Поэт вкусит и с младенческой слезой на щеке прошепчет: «Отче мой!». «Не рыдай мене, сыне» - ответит воин. 

Ссылка на публикацию в газете "Завтра".